Главная » КУЛЬТУРА » Режиссёр Сергей Урсуляк – о том, какие уроки преподали нам «лихие 90-е»

Режиссёр Сергей Урсуляк – о том, какие уроки преподали нам «лихие 90-е»

Oднa с сaмыx грoмкиx прeмьeр кaнaлa «Рoссия» – сeриaл «Нeнaстьe», кoтoрый рeжиссёр Сeргeй Урсуляк снял пo oднoимённoму рoмaну Aлeксeя Ивaнoвa.

1990-e, прoвинциaльный гoрoд Бaтуeв, прoтивoстoяниe «aфгaнцeв» и нoвыx русскиx бизнeсмeнoв и чинoвникoв. Слoмaнныe жизни, крушeниe иллюзий…

Осмыслить и простить

Юлия Шигарева, «АиФ»: Высокий Владимирович, «Ненастье» – Вотан из немногих романов Алексея Иванова, героям которого не хуже кого-то не хочется сочувствовать…

Серж Урсуляк: Да, меня это в свой черед тревожило. Мне было очень интересно отхватывать роман, но проблема сочувствия, любви – возлюбленная для меня существовала довольно остро. Вследствие чего мы с автором сценария Ильёй Тилькиным полно(те) сильно поработали: вся эта команда получила лица, которые маловыгодный вызывают отторжения. К их поступкам можно причисляться по-разному, но изначально это полно же не злодеи. Так что тон у нашей картины совершенно иная.

– Какая?

– Паче лирическая, гораздо менее жёсткая. Но я ни в коем случае безлюдный (=малолюдный) противопоставляю её интонации Иванова – плотина, у него неправильная, а у меня правильная. Просто я взял Рома и пересказал его своими словами. Как в пионерском лагере – повечеру после отбоя кто-то начинает излагать приятелям «Три мушкетёра». Свободно, он наполняет этот рассказ своим отношением, может, почто-то и придумывает за Дюма. Вот и у меня самовольный пересказ романа Иванова.

– Герои романа – прошедшие Афган Гема-Немец, лидер бойцов Серёга Лихолетов, их ворог, бывший кагэбэшник Щебетовский – кто они: провизия того времени или его жертвы?

– Жертвами времени в каковой-то мере являемся мы все, потому как что всех нас, не спросив, бросили в новую пир (жизненный), объявив предыдущую отменённой, несостоявшейся. С другой стороны, герои фильма (ладно и мы тоже) – продукт того времени, оно сформировало их. А главная краска в моей истории – стремление понять людей, которые жили тогда, в нежели-то оправдать, в чём-то простить. Однако ни в коем случае не осудить, невыгодный наказать.

О чём сериал «Ненастье»?

– Вслед 90-е и в литературе, и в кино берутся крайне единично. Почему – больно, страшно, непонятно?

– Хоть головой об стену бейся сказать почему. Возможно, это время ассоциируется с маловыгодный самым уютным периодом нашей истории и персонал не хотят к нему возвращаться. А так чисто кино у нас сегодня в основном продюсерское, ведь авторы, выбирая тему, думают прежде на) все про все о том, захотят ли это смотреть. Следственно либо ты садишься на криминальную основу и делаешь этакое «Единою в Америке», но только хуже и с поправкой получай Россию, либо снимаешь мелодраму, действие в которой какими судьбами-то происходит в 90-е.

Но мне считай, сейчас наступил момент, когда об этом времени уж можно рассказывать, и рассказывать разнообразно. Это рекомендательно должны быть «Бригада» иначе «Брат». 90-е не были мазаны одной краской. То и про 60-е можно рассказать так, точь в точь это делал Солженицын, а можно – что Данелия в «Я шагаю по Москве».

Мегацикл недоверия

– А ваши 90-е – они какие?

– Они в точности не были серыми, потому что в январе ­1991-го я начал проходить на Высших режиссёрских курсах. А через полгода кончилась местность, в которой я жил, и началась другая история, Так при всём том безденежье, при походах в суперс, где не было ничего, для меня сие было время, связанное с огромным количеством надежд и с большим числом смешного. Тогда появились странные персонажи и для самом верху, и рядом с нами, которые вызывали вперед добродушный, потом всё менее добродушный хихиканье.

По главной улице с оркестром. Как Борислав Ельцин опозорил Россию на весь земля

– И кто это?

– Да аминь! Начиная от Бориса Николаевича, который был фигурой в огромной степени юмористической, – закачаешься всяком случае, я его часто воспринимал собственно так. Ну и весь тот «кольцо весёлых человечков» возле него, все эта камарилья, которая вызывала много спервоначала смеха весёлого, а потом испуганного.

Я надеялся, будто начавшиеся перемены улучшат жизнь и я каким-ведь образом в этом по­участвую. Конечно а, я ощущал давление среды – многое интересах меня было абсолютно чужим, непонятным: поп, фильмы, лица, мода. Но, повторю, я был юн и полон надежд.

– Однако большая приём населения на то время затаила большую обиду.

– Подолгу верю! Ну, для большей части населения и наше времена не самое лучшее. Так несправедливо устроена жизнь у нас, почему для большей части населения любое п(р)ошедшее плохое, а для меньшей части населения что ни попало время замечательное!

– Про меньшую купон населения… Пётр Авен в книге «Промежуток времени Березовского» очень точно подметил, точно 90-е стали эпохой недостижимого взлёта интересах тех, кто наплевал на все граница дозволенного и нарушил все возможные табу. Вот-вот они и сорвали основной куш.

– Трендец, что мы сейчас имеем, – сие последствия того, что рамки дозволенного оказались раздвинуты. Принять христианство стали больше, а рамки раздвинули так, что-то никакая Церковь в принципе уже может и без- спасти.

– А обратно эти рамочки разрешается сузить? И когда это произойдёт? Ведь перешагивают-ведь сегодня через основополагающие вещи. Воровать воспрещается – но оказалось, что не просто-напросто можно, а даже нужно. Прелюбодейст­вовать не дозволяется – а теперь свои параллельно существующие семьи мало-: неграмотный только не скрывают, ими гордятся.

– Вернутся ли предел? Трудно сказать… В 91-м году автор пережили крушение того, что казалось полном) объеме незыблемым. И то, что сегодня кажется устоявшимся, и в одну секунду может измениться на в упор противоположный знак. И я уже не удивлюсь этому (на)столь(ко), как удивлялся, скажем, в 91-м. Если бы кто именно-нибудь в 1987-м сказал, что жить-ведь советской власти осталось 4 года и 1 месяц, сего «пророка» в психушку бы отправили. Ввиду этого что эта власть стояла и, казалось, не двигаться будет, пока жива Русская земля. А возлюбленная в три дня кончилась! Так и происходящее в настоящее время – внешнее, внутреннее, моральное – может довершиться в три дня, потому что, на муж взгляд, есть большая усталость от жизни, лишённой смысла, через образа жизни, который неприятен.

– Чуть не в финале лихой афганский герой Серёга Лихолетов, которого бросили весь век его бойцы, с горечью говорит: «Придавать) веру кому-то надо!» А ведь 90-е показали, будто верить-то как раз никому не приходится, потому что предать может любой – свой друг, начальник, подруга, дети. И пришла к нам остановка глобального недоверия.

– Да, наверное. Та мегацикл перемен просто обнажила самые слабые наши места, которыми оказались человеческие взаимо­связи. Но в результате мы гораздо больше стали поклоняться тем, кому верим. Потому что по сравнению с теми, кто предавал, были и те, который не предал. Так что Лихолетов прав – кому-так нужно верить. Думаю, что именно неотлагательно этим все и занимаются – ищут близлежащий круг. Почему все так узко замкнуты? Поэтому что каждый пытается окружить себя неким частоколом людей, которым спирт доверяет.

Оставить комментарий